Вы здесь

Физиология молочной железы. Лактогенез. Лактопоэз

Определенные секреторные явления в молочной железе начинаются еще до родов. В послеродовом периоде секреция молока резко усиливается. Начало секреции молочной железы непосредственно после родов (лактогенез) и поддержание уже установившейся секреции (лактопоэз) обусловлены различными регуляторными механизмами.

лактогенез

В начале лактации выделяют молозивный период, который отличается от основного составом молока. Затем молозиво постепенно заменяется зрелым молоком. Происходит это, по мнению М. Г. Закса (1964), в результате систематического опорожнения железы.



лактопоэз

В случаях, когда молоко из железы не удаляется, количество его уменьшается и оно вновь приобретает вид молозива.

Для лактогенеза не обязательно, чтобы беременность оканчивалась в нормальный срок. Если она прерывается досрочно (но не слишом рано), лактация может начаться и развиваться достаточно интенсивно. Иногда лактация продолжается на фоне беременности до новых родов, значительно усиливаясь после их наступления. Однако типичное начало лактогенеза наблюдается лишь в случаях, когда предыдущая лактация закончилась задолго до родов, или если беременность наступила в отсутствие лактации.

Схема гормонального влияния на лактогенез и лактопоэз

В появлении лактации участвуют гормоны, которые ответственны за маммогенез (рис. 2). Однако не все гормоны, регулирующие развитие молочной железы, являются строго необходимыми для лактогенеза. Так, гормоны яичника относятся к заменимым, так как кастрация, произведенная до родов, не препятствует началу лактации. Пролактин и соматотропный гормон необходимы в лактогенезе и в известной степени взаимозаменяемы. Адренокортикотропный гормон влияет на выделение гормонов коркового вещества надпочечников и имеют значение в лактогенезе. Окситоцин способствует опорожнению железы от секрета.

Следовательно, отсутствие интенсивной секреции молока до родов вряд ли обусловлено дефицитом какого-то гормона. Причина, видимо, в том, что количественные соотношения гормонов, оптимальных для маммогенеза, не являются благоприятными для обильной секреции молока. После родов эти соотношения меняются, что приводит к появлению лактации.

В настоящее время наиболее распространены теории лактогенеза Майтеса—Тернера и Фолли. Теория Майтеса—Тернера сводится к тому, что эстроген не тормозит (как думали раньше), а стимулирует секрецию молока, усиливая образование пролактина. Однако этот процесс во время беременности тормозится избытком прогестерона. После родов отношение прогестерон/эстрогены резко снижается, в результате чего лактогенная функция передней доли гипофиза усиливается (Л. Н. Василевская с соавт., 1974). Введение эстрогенов даже в дозах, превышающих физиологические, повышает лактогенную активность передней доли гипофиза. Одновременное введение прогестерона устраняет этот эффект. В последующем J. Meites (1959) несколько видоизменил теорию, дополнив ее предположением о том, что прогестерон тормозит лактогенную активность гипофиза и одновременно снижает чувствительность молочной железы к пролактину.

По мнению автора, в условиях, когда беременность наступает на фоне продолжающейся лактации, стимулы сосания поддерживают секрецию пролактина на столь высоком уровне, что угнетающее действие прогестерона не может проявиться, хотя его образование в связи с беременностью повышено.

М. Folley (1962) допускает существование двух порогов действия эстрогенов. Высокие их концентрации тормозят, а малые — усиливают лактогенную функцию передней доли гипофиза. Лактогенный эффект малых доз эстрогенов может быть подавлен соответствующими дозами прогестерона. После родов уровень последнего снижается и положительное лактогенное действие эстрогенов выступает на первый план.

Обе теории сводятся к тому, что при разных соотношениях гормонов яичника секреция пролактина и, по-видимому, других гормонов гипофиза, обладающих лактогенным действием, то тормозится, то усиливается.

Наряду с женскими половыми гормонами в лактогенезе участвуют и кортикостероиды. Экспериментальные исследования показали, что введение гидрокортизона ацетата беременным крысам вызывает обильную секрецию молока задолго до родов. Подобный эффект наблюдался и у других животных. Беременность, как и большие дозы эстрогенов, резко меняет обмен кортикостероидов. Возможно, усиливается и связывание адренокортикостероидов специальными белками — транскортинами. В связанном состоянии они теряют активность. Имеются также данные, что при беременности чувствительность к кортизону понижается. Активность гликокортикостероидов по ряду причин недостаточно высока для эффективной секреции молочной железы. Снижение уровня эстрогенов к моменту родов ведет к увеличению активных кортикостероидов и одновременно повышает секрецию пролактина, что приводит к началу лактогенеза.

Процесс лактогенеза тесно связан с нервно-рефлекторными механизмами.

Важное значение в регуляции секреции молока придается и световому фактору. Секреторная функция молочной железы зависит от силы и длительности дневного освещения. В механизме передачи световых раздражителей участвуют гипоталамус, гипофиз, эндокринные железы.

Процесс становления лактации (лактогенез) у женщин длится на протяжении первых 5—7 дней послеродового периода. Нарушение лактогенеза нередко отражается на дальнейшем процессе лактации. Для осуществления лактации большое значение имеют своевременное опорожнение молочной железы, а также рефлекторная стимуляция ее во время сосания, когда раздражаются чувствительные нервные окончания соска. Отсюда импульсы поступают в центральную нервную систему, гипоталамус и заднюю долю гипофиза. Это приводит к рефлекторному выделению гормона гипофиза окситоцина, который с током крови достигает клеток молочной железы и вызывает выделение молока. Процесс молокоотдачи стабилизируется на 6—7-й день послеродового периода. Несколько медленнее рефлекс молокоотдачи вырабатывается на сцеживание. Динамика лактационной кривой при благоприятных для лактации условиях связана с потребностью ребенка в молоке, возрастающей по мере его роста.

В механизме, регулирующем установившуюся лактацию (лактопоэз), следует выделить:

  • а) регуляцию секреторной функции железы,
  • б) поддержание ее структуры,
  • в) координацию согласованной деятельности молочной железы и других функциональных систем организма, связанных с лактацией.

Значение процессов последней группы весьма велико, так как большая синтетическая работа молочной железы требует существенной перестройки систем организма, функционально связанных с лактацией.

Важное значение в поддержании лактопоэза принадлежит гипофизу (А. Д. Владимирова, 1978; G. Ноfeckar, 1973). Гипофизэктомия у экспериментальных животных ведет к снижению, а затем и быстрому прекращению лактации. Заместительная терапия вытяжками из гипофиза восстанавливает секрецию молока.

При гипофизэктомии нарушается функция не только молочной железы, но и других систем организма. У крыс лактация нарушается при удалении только передней доли гипофиза. Пересадка передней доли компенсирует деятельность гипофиза и при отсутствии задней доли, если систематически вводить окситоцин.

Введение пролактина вместе с адренокортикотропным гормоном крысам, гипофизэктомированным до родов, частично восстанавливало лактацию. Применение каждого из гормонов порознь эффекта не дает. Таким образом, пролактин и адренокортикотропный гормон являются важными, но не единственными компонентами лактогенного комплекса гормонов гипофиза.

В опытах на гипофизэктомированных козах (А. Соwie, J. Tindal, 1961) получено частичное восстановление лактации с помощью имплантации таблеток фторкортизона. Это позволяет думать, что у других коз, которым фторкортизон не вводился, уменьшение секреции молока почти до нуля было в значительной степени вызвано понижением функции надпочечников. Дополнительное введение протамин-цинк-инсулина и натрия трийодтиронина способствовало увеличению секреции молока по сравнению с интактным животным, что демонстрирует значение гормонов поджелудочной и щитовидной желез (М. И. Гелдобин, 1973). Последующая отмена пролактина резко уменьшала секрецию, а исключение соматотропного гормона приводило к дальнейшему снижению лактации.

Соматотропный гормон обладает широким спектром действия. Он повышает метаболизм и сорбирование компонентов молока из плазмы крови секреторными клетками молочной железы.

Лактация

Лактация восстанавливалась полностью при введении пролактина, соматотропного, адренокортикотропно-го гормонов и дезоксикортикостерон-триметилацетата.



Е. Convej и соавторы (1973) отметили стимулирующее влияние на лактацию тиреотропина за счет увеличения концентрации пролактина крови (D. Hall, G. Kay, 1977). Прямого лактогенного действия тиреотропина авторы не установили.

Для сохранения лактации необходимы также глюко-и минералокортикоиды. Последние обеспечивают стабильность минерального состава молока и имеют существенное значение для секреции. Глюкокортикоиды влияют на процессы неогликогенеза и дезаминирования.

Гормоны яичников не оказывают решающего влияния на установившийся лактопоэз. Однако малые дозы эстрогена стойко повышают содержание жира и обезжиренного плотного остатка. Большие дозы гормонов яичника угнетают лактацию. Действие гормонов яичника на эффективность лактации связано с уменьшением чувствительности миоэпителия альвеол к окситоцину, в результате чего снижается молокоотдача.

Молочная железа вырабатывает молоко непрерывно, а освобождается от накопленного секрета периодически. Полости молочной железы, в которых накапливается секрет, тесно связаны с секреторными клетками. Поэтому выработанный секрет может влиять на дальнейший ход секреторного процесса.

У всех желез, имеющих выводные протоки, освобождение от секрета происходит только за счет внутренних изгоняющих сил. Опорожнение молочной железы требует еще дополнительного внешнего усилия, которое создается ребенком в акте сосания. Необходимо оно потому, что выводные протоки молочной железы имеют сфинктеры. В момент выведения молока тонус их снижается недостаточно.

Молоко по мере выработки накапливается в железе — в альвеолах, протоках, цистернах или синусах, в сложной системе полостей, именуемой емкостной. При молокоотдаче резко меняются кровенаполнение, состав молока, заполняющего тот или другой отдел емкостной системы, состояние секреторных клеток в результате их освобождения от депонированных продуктов. Чем полнее и быстрее опорожняется железа при кормлении, тем интенсивнее эти изменения и сильнее рефлекторный стимул секреторного процесса.

Схема строения молочной железы

В стенках емкостной системы заложены сократительные элементы, образующие сложный двигательный аппарат молочной железы (И. И. Грачев, 1976). В альвеолах и мельчайших протоках они представлены миоэпителиальными клетками, образующими своеобразные сети вокруг альвеол, а в протоках миоэпителиальные клетки ориентированы по их продольной оси (рис. 3). В стенках мелких протоков появляются также отдельные гладко-мышечные волокна, к которым в более крупных протоках прибавляются и циркулярные мышцы. Наибольшего развития достигает гладкая мускулатура в стенках цистерн, особенно сосковой. В стенках соскового канала заложен мощный циркулярный слой мускулатуры — сфинктер соска.

Термин «молокоотдача» обозначает процесс опорожнения молочной железы при сосании или сцеживании. В процессе молокоотдачи не только выделяется молоко, находившееся в емкостной системе, но и усиливается переход некоторых веществ молока из клеток в альвеолы.

М. Г. Закс (1964) приводит следующую схему регуляции молокоотдачи (рис. 4).

Схема рефлекторной регуляции молокоотдачи

Импульсы с рецепторов железы по афферентным волокнам задних корешков (I) достигают спинного мозга, далее они могут передаваться по коллатералям (II) и аксонам соответствующих вегетативных нейронов (III) на двигательный аппарат. По этой короткой дуге реализуются сегментарные реакции двигательного аппарата, связанные преимущественно с регуляцией его тонуса. Афферентные волокна поднимаются в дорзальных столбах до продолговатого мозга, затем в составе медиальной петли (IV) до гипоталамических ядер, от которых начинается эфферентный путь через гипоталамо-гипофизарный тракт (VI) к задней доле гипофиза. В последней эфферентные импульсы вызывают выделение гормона (VII), который через кровь достигает альвеол и сокращает миоэпителий. В этой схеме дуги безусловного рефлекса молокоотдачи предположительными являются только перерыв афферентных путей в ядрах продолговатого мозга и прямая иннервация миоэпителия альвеол.

Изображенная на схеме корковая часть дуги предполагает связь гипоталамических центров с корой полушарий большого мозга (V), по которым импульсы с молочных желез достигают коры (VIII) и становятся предметом ее анализа. В коре большого мозга устанавливаются многообразные временные связи на деятельность молочной железы, в частности на молокоотдачу. По нисходящим путям (IX) кора контролирует все звенья дуги безусловного рефлекса молокоотдачи.

Механические раздражители также могут вызывать сокращение миоэпителия молочной железы, что играет существенную роль в выведении молока.

Ряд авторов (А. Д. Владимирова, 1978; Н. С. Салахова с соавт., 1980) связывают молокоотдачу с окситоцином, содержащимся в задней доле гипофиза. Подобным, но менее выраженным, действием обладает вазопрессин (антидиуретический гормон). Выделение его во время молокоотдачи выражает определенную связь между лактацией и водовыделительной функцией почек: усиление реабсорбции воды в почках создает более благоприятные условия для выведения воды с молоком.

Окситоцин вызывает сокращение только альвеол. Благодаря специальному расположению миоэпителия гормон расширяет просвет мелких протоков; на мускулатуру железы он, по-видимому, не влияет.

Катехоламины являются антагонистами окситоцина. Они способствуют расслаблению мышечных волокон в мелких и средних протоках. В крупных протоках, цистерне и соске катехоламины сокращают гладкую мускулатуру и выделяют молоко (X. Д. Дюсембин с соавт., 1977).

Важную роль в молокоотдаче играет механическое воздействие на молочную железу. Опыты Г. Б. Тверского (1972) и других показали, что путем глубокого массажа можно извлечь большую часть остаточного молока в равной степени из денервированной и нормальной молочной железы. Если при массаже часть молока удаляется механическим выдавливанием из крупных и средних протоков, то освободить таким образом альвеолы вряд ли возможно. Дополнительная механическая стимуляция желез вызывает добавочное сокращение альвеол. Последнее суммируется с эффектом окситоцина, а в некоторых случаях даже заменяет его, способствуя наиболее полному высасыванию молока. Эта особенность акта сосания имеет важное значение для разработки техники массажа молочной железы.

Согласно секреторной теории молокоотдачи, увеличение количества молока во время кормления происходит за счет повышения его секреции. В настоящее время этой теории придают небольшое значение. Однако нельзя безоговорочно утверждать, что секреторный компонент не играет в молокоотдаче никакой роли. Под секрецией молока часто понимают выделение готового молока из секреторных клеток в емкостную систему. Но это лишь итог предшествующих секреции сложных процессов, которые можно разграничить на сорбцию паренхимой железы органических веществ из крови, их преобразование в конечные специфические компоненты молока, работу молочной железы, в результате которой концентрация одних ионов в молоке становится выше (Са, Р, К, Mg), а других (Na, CI) — ниже, чем в крови (Т. Loh с соавт., 1976). Выведение с водой растворимых и нерастворимых составных частей молока завершает секреторный процесс. На этом заключительном этапе в емкостную систему могут переходить как вещества, образованные в момент, предшествующий непосредственно выведению, так и вещества, синтезированные ранее и депонированные в секреторных клетках.

В молочной железе ускоряется переход молока в альвеолы из клеток за счет депонированных в них запасов основных компонентов молока.



Молокоотдача может рассматриваться как результат усиленного прилива крови к молочной железе, который в сочетании с затруднением венозного оттока приводит к повышению давления около альвеол и в альвеолах.

Способность грудной железы вырабатывать молоко в соответствии с потребностью имеет большое биологическое значение. Количество эмбрионов, развивающихся в матке, не влияет на интенсивность развития молочных желез до родов. Видимо, механизмы, определяющие это приспособление, вступают в действие только после родов и устанавливаются очень рано с самого начала лактации. Вероятно, в определенных условиях молочная железа способна отвечать усилением секреции на форсированное опорожнение емкостной системы. Своевременное прикладывание ребенка к груди — залог достаточной лактации.

В последние годы в процессе лактации важное значение придается простагландинам — биологически активным веществам живых тканей. Простагландины, угнетая функцию прогестерона в желтом теле яичников, могут привести к ранней интенсивности лактации. Они усиливают также выделение молока и за счет непосредственного влияния на мышечные волокна молочных ходов.

Большое значение в секреции молока имеют условные рефлексы.

Представление о существенной роли высшей нервной деятельности в лактационной функции женщин основано не столько на объективных экспериментах, сколько на материале эмпирических наблюдений, анализе субъективных показаний кормящих женщин и на данных самоанализа.

Важное значение придается таким сложным для физиологического анализа факторам, как отношение женщины к кормлению своего ребенка. В каждом отдельном случае трудно сказать, влияет ли данная ситуация на секрецию молока, или на его выделение, или на кровоснабжение железы. Характерные ощущения, связанные с молокоотдачей, возникают у женщин не только под влиянием безусловных раздражителей (сосание), но и при воздействии иных факторов, ранее индифферентных. Обстановка, процедуры, предшествующие кормлению, приближение обычного времени кормления приобретают сигнальное значение, образуют стереотип, возбуждающий двигательную реакцию молочной железы. Сильным условным рефлексом является момент, когда приносят кормить ребенка. В то же время те или иные нарушения этого стереотипа могут у разных женщин с неодинаковой силой тормозить и безусловный рефлекс молокоотдачи. Болевые ощущения и отрицательные эмоции тормозят выработанный условный рефлекс. Тяжелые психические переживания, страх, угнетенное настроение уменьшают секрецию и могут привести к полной потере молока.

Если ребенок не отлучается от груди, длительность лактации может продолжаться несколько лет.